28 Октября 2018

Интервью с Борисом Мильграмом


Из трех спектаклей гастрольной афиши Пермского академического Театра-Театра два - "Алые паруса" и "Пизанская башня" - поставлены художественным руководителем коллектива Борисом Мильграмом.
Перед началом гастролей, в ситуации жесткого временного цейтнота, Борис Леонидович все-таки нашел возможность побеседовать и ответить на.наши вопросы.

мильграм1.jpg                мильграм2.jpg 

Пермский Театр-Театр впервые приехал на гастроли в Ижевск. А лично вам доводилось бывать в нашем городе?

Я был в Ижевске, но очень давно, в 70-е годы еще. Я тогда занимался художественной самодеятельностью, а тут у вас был очень сильный студенческий театр, им руководил Евгений Столов. Я был рад узнать сегодня, что он тоже стал заниматься профессиональным театром.
О современном Ижевске впечатления пока несобранные. Собственно я видел город минут 15, пока ехал от гостиницы до театра. Но по первому ощущению - очень симпатично!

Если представить, что любой спектакль, поставленный режиссером – это его обращение к миру, обществу, человеку, то какой месседж несут ваши «Алые паруса»?

Сегодня мы играем Алые паруса в 210-й раз. И мой месседж уже давно улетел в небо. Спектакли – это же как дети. Когда они рождаются, ты в них вкладываешься, думаешь, какими они будут. А потом они вырастают и… У меня четверо детей и никто из них меня не разочаровал. Но они становятся другими, неожиданными. Для спектакля 210 представлений за 6 лет – это много. Конечно, у себя в театре мы играем «Алые паруса» не совсем так, как на гастролях – у нас есть яма для оркестра, у нас на сцене не только круг, но и кольцо. А первый акт вообще построен на постоянном движении всех штанкетов… Мы поначалу этот спектакль очень долго никуда не вывозили. Съездили только в Москву, на «Золотую маску», сыграли на сцене Малого театра. И сохранить все, что мы придумали, стоило нам огромных трудов! Сейчас мы как-то примирились – «Лукойл» нас иногда просит, чтобы мы выезжали в маленькие клубы, и на маленьких сценах мы играем всего с одним помостом. Но иначе эти зрители не увидят этот спектакль никогда. А поскольку спектакль сложившийся живой организм, он все равно производит на зрителей сильное впечатление.

Вы занимаете пост художественного руководителя Театра-Театра, и в то же время являетесь режиссером-постановщиком многих спектаклей, которые идут на его сцене. Так как же вы мыслите - спектаклями или театром?

Мне интереснее театр в целом. Я занимаюсь общей политикой театра и ставлю то, что мне очевидно - вот это сегодня нужно для театра, а не для меня. Я не занимаюсь собой как режиссером и не принимаю предложения о постановках в других театрах.

В России на протяжении многих десятилетий развивались только одна модель театра – репертуарного театра-дома. Как вам кажется, насколько эта модель сегодня актуальна и жизнеспособна?

Я делаю все, чтобы эта модель была жива, я этому себя посвятил. Я считаю, что это наше достояние, ценность нашей культуры. Превратить в музей и мертвечину можно абсолютно все. Но поскольку я ощущаю себя наследником и преемником тех, кто создавал репертуарный театр в России - в том числе и Станиславского, и Немировича-Данченко, и всех других – я делаю все возможное, чтобы эта модель театра была жива и развивалась.
Я к этому не просто так пришел. Ведь я и в антрепризе много работал. И мне нравилось в 90-е годы заниматься антрепризным театром как идеологией. В 90-е годы еще была надежда. Когда первый антрепризный спектакль сделал Сергей Юрский с актерами МХТ на сцене МХТ. Потом какие-то мои опыты с «Овечкой», «Персидской сиренью»… Но оказалось, что в России делать коммерческий театр достаточно сложно, а может быть и вообще невозможно. Я из этой коммерческой истории давно вышел. Она пришла к ужасному уродству - показывают в основном известные лица в продукции совершенно низкого качества. И способы развития, мне кажется, сегодня просто отсутствуют. А репертуарный театр, который был так мощно организован в советский период, остался неотъемлемой частью нашей жизни. В 90-е многие думали, что он вот-вот рухнет, а оказалось, что он непотопляем. И сегодня, когда после многих лет полного небытия вдруг начала возрождаться гастрольная деятельность, ситуация выглядит еще более обнадеживающей.
Конечно, участие государства в этих процессах кажется опасным, потому что государству хочется все подмять под себя и все присвоить себе. Но в тот момент, когда государство доверяет театрам - происходит мощный подъем. Если государство закрутит гайки, оно от этого только потеряет. Потеряет репертуарный театр – потеряет весь театр. Коммерческий театр бродвейского типа возможен у нас разве что в Москве - это же вообще другое государство, там население больше чем в отдельных европейских странах. Но даже в Москве - это такой полувялый процесс, это вовсе не то, что существует на Бродвее. У них – Бродвей, а наша ценность - театр-дом…

Каким вы видите идеальный вариант будущего Театра-Театра?

Очень разнообразным. Вот сейчас мы осваиваем третье пространство в театре. У нас две сцены – большая и малая - Сцена-Молот. А буквально неделю назад мы выпустили спектакль в фойе. У нас очень просторное фойе и мы уже пробовали играть в нем. Но тогда мы привозили спектакль театра NoNo из Марселя и наши артисты участвовали в нем вместе с французскими. А вот сейчас мы сделали свой спектакль – «Бал. Наташа Ростова. Граф Толстой». Это очень интересная история - и для нас и для зрителей. Думаю, что фойе - это не последнее пространство, которое мы себе придумали. Мы бы хотели расширять наши возможности. Мы большой театр еще и потому, что у нас много идей.

Слоган Театра-Театра – «Театр лучше жизни». Вы по-прежнему считаете, что это так?

Да, я убежден в этом. В жизни много прекрасного, но и много печалей. Вот умер Николай Караченцов… А в театре никто и никогда не умирает. Даже если кто-то умирает в спектакле – все равно в финале он встанет и выйдет на поклон. В жизни ты не всего можешь достигнуть, в жизни много невозможного. А в театре возможно все. И это действительно лучше, чем жизнь. Поэтому мы и бежим все время в театр, и не хотим из него уходить. И зрители приходят – пусть только на два на два часа - в театр для того, чтобы отринуть на какое-то время жизнь и провести время на другой планете. А потом вернуться в жизнь, с ее радостями и печалями, обновленными. Вот это и есть – Театр!

Возврат к списку