20 Октября 2014

Что сказал бы Шекспир? Премьера Русского драмтеатра «Женщина-гора»

Кто узнает в спектакле нашего Республиканского русского драматического театра «Женщина-гора» первооснову – пьесу Вильяма Шекспира «Укрощение строптивой»? Да все, кто пришел на это название.

Хотя люди, настроенные консервативно, недовольно морщатся: «Шекспир от такого перевернется в гробу». А он, Шекспир, так же обходился с текстами своих предшественников, добывая из них сюжеты, строя на чужой фабуле свои произведения и ставя их в своем театре «Глобус», нисколько не заботясь об авторских правах. Ведь пьеса – это одно, а спектакль - уже не литература, а сценическое искусство, и живет по другим законам. Он должен быть интересен современникам и перекликаться с их чувствами и пониманием жизни. Сегодняшняя молодая режиссура нарабатывает новые сценические приемы, выращивая театр XXI века.

Воплотившая эту известную комедию на сцене нашего театра азербайджанская постановщица Ирада Гезалова относится, безусловно, к плеяде современных радикальных режиссеров, которые смело обращаются к первоисточникам, не становясь перед ними, не дыша, на колени, а озорничая, осовременивая материал и героев, помещая их в другую социальную и историческую среду, вводя дополнительные акценты и расширяя интеллектуальное пространство происходящего.

Действие «эротической клоунады», как определила жанр постановщица, протекает в цирке, а все герои становятся цирковыми артистами. Катарина – силачка с накачанными мышцами, поднимающая тяжеленные штанги и гири, ее сестра Бьянка – наездница, Вдова – укротительница. Больше всего здесь клоунов – и отец сестер, он же директор цирка Баптиста (Николай Ротов), и поклонники Бьянки, и придуманный режиссером персонаж – Конферансье, полуженщина-полумужчина. Эротика и эксцентричная клоунада – вот два ключа спектакля.

Этот цирк совмещен с каруселью, так как все его восходящие к вершине уровни постоянно вращаются. А цирк, как и карусель, в нашей жизни - знаки радости, веселья, развлечения. Именно таким мы видим его в сценографии (художник Мария Лукка), и это, без сомнения, образ мира, в котором происходят то абсурдные, то радостные, но такие увлекательные события, как брак по любви Бьянки и Люченцио, брак по расчету бедного дворянина Петруччо, женившегося на богатой, но строптивой невесте Катарине, как перемены в жизни «безутешной вдовы», быстренько забывшей своего «дорогого» муженька и прибравшей к рукам завалящего жениха. Но никто тут не осуждает браки: брак хорош уж тем, что рождаются дети (в финале образно из яиц вылупляются утята), что в женщине просыпается ее естество, как в Катарине, а мужчина получает то, что хочет. Если деньги, то – их. А правит бал Эрос, античный бог любви.

Михаил Солодянкин играет здесь некое двуполое существо, помещенное в колесо, внутри которого он катается от одной кулисы к другой, комментируя действие как ведущий. Одна его половина загримирована и одета на женский лад, другая – на мужской. Этот режиссерский прием по примеру современной литературы мы назвали бы флеш-бэком, то есть возвращением в прошлое. Что это за таинственное создание? Их описал Платон в своем диалоге «Пир», где во время застолья гостям было предложено обсудить тему бога Эроса. Один из гостей, известный комедиограф Аристофан, рассказал древнюю легенду о том, что когда-то на земле существовали три пола людей, каждый состоял из двух сросшихся половинок: двух мужчин, двух женщин и андрогинов - полумужчин и полуженщин. Они могли передвигаться на четырех ногах, а могли катиться как шар (именно так катается по сцене М. Солодянкин). Эти создания вели себя агрессивно, и главный древнегреческий бог Зевс разрезал их пополам и рассеял по Земле. Эти половины по велению бога Эроса ищут друг друга, и если находят, то становятся счастливыми. Первые, понятно, - гомосексуалисты, вторые – лесбиянки, третьи – андрогины - натуралы. Образ Ведущего – намек на древнюю историю, и спектакль идет от имени андрогина - близкого большинству, то есть всем нам, тем, кто поддерживает традиционные семейные ценности.

Тема Эроса сочно вплетена в ткань спектакля. Клоун-мим Люченцио (Константин Феоктистов) – возлюбленный жених Бьянки - появляется на сцене в образе Амура с белыми крылышками и луком, из которого он временами выпускает в героев свои не смертельные, но очень даже приятные стрелы. Эта линия развивается на главном острие действия. Ее ведут три пары.

Главные роли играют Елена Мишина и Игорь Тиняков. Яркая исполнительница трагедийных и лирических ролей Е. Мишина предстала здесь в тональности эксцентрики и сыграла замечательно точно с элементом отстранения, с заметным актерским удовольствием. Заядлые посетители театра вряд ли ее узнали сразу - так она перевоплотилась. Поверх тела ее героини Катарины надета надувная форма, изображающая выпуклые накачанные мышцы, на голове лохматый парик, актриса говорит грубым низким голосом, обидные словечки так и слетают с ее губ. Но когда Петруччо срывает с нее парик и по плечам рассыпается водопад густых длинных волос, стягивает дутое облачение, перед нами предстает ослепительно красивая женщина. Вот она приходит первой по зову мужа, и у нее уже другой голос – нежный и спокойный. Ей же и отдает режиссер нравоучительные заключительные строки текста Шекспира о том, что женщина должна быть послушной мужу и всячески ублажать его. Мораль – как у Шекспира, так что – не сомневайтесь! Главная мысль автора сохранена.

Игорь Тиняков в начале спектакля сидит в партере среди зрителей. Он выигрывает шуточный аукцион и выходит на сцену (правда, не понятно, что же разыгрывается в аукционе, ведь о приданом он впоследствии спрашивает будущего тестя). Актер - в обычной одежде, ничем не отличается от остальных посетителей театра. Так же, как Катарина Елены Мишиной, – тип современной женщины – эмансипе, он тоже один из нас. В меру практичен и расчетлив, в меру мужественен, в меру боязлив. Но если поставил цель, то добьется. А его действия абсолютно по Шекспиру, и в результате – победа! Бьянка Катерины Воробьевой - явно из тех, кому замуж невтерпеж. Оставшись одна, она чувственно танцует, крутится вокруг шеста, как стриптизерша, поет нежные лирические арии. Ее нескрываемая сексуальность притягивает героев-мужчин, и они вьются вокруг, как бабочки возле огня. Вдова, для которой придумана целая любовная история, в пьесе – эпизодический персонаж с парой реплик. Как всегда вкусно и сочно играет свою шаловливую и чувственную героиню Ирина Дементова. Ее покойным мужем оказывается не кто иной, как сам Шекспир. В этом намек режиссера: труппа поставила пьесу «по мотивам Шекспира», как бы изменив ему, но изменила во имя живого театра, где не скучно, где весело, где кипят страсти, где публика смеется и аплодирует, узнавая себя и свое время на подмостках.

А действие комедии, как известно, происходит в Италии в эпоху Позднего Возрождения. Если зрителям нужна Италия, то вот она - в итальянской музыке, правда, другого времени – девятнадцатого века, зато более известная. Россини, Верди – они на слуху у всех. Уходишь после этого спектакля в приподнятом настроении. Он получился стилистически цельным, веселым, остроумным, полным драйва, с неожиданными сценическими находками и сюрпризами (в финале этих сюрпризов даже чересчур много). Думаю, что Шекспир после такого спектакля не перевернулся в гробу, а крикнул: «Браво!». Он сам при жизни стремился ставить современные спектакли, которые бы нравились массовому зрителю, отказывался от средневековой рутины.

Автор: Нина Пузанова
Газета "Удмуртская правда" № 122 от 17.10.2014г.

Возврат к списку