Так кто же она, эта старая дама? До конца мы наверно не узнаем этого никогда. Часть ответов получим на спектакле. Но кое-что можно узнать  из этой беседы:

Петр ШЕРЕШЕВСКИЙ: Старая дама – это не ведь не про обозначение возраста персонажа. Это же можно рассматривать расширительно – смерть, рок, судьба... 

Ольга СЛОБОДЧИКОВА: Моя линия – очень яркая, очень громкая. И очень театральная - у меня три великолепных костюма! Спектакль завялен как бенефис Ольги Слободчиковой, и он так и строится… Тут ухо востро надо держать, при всей завлекательности творческих задач - масса подвохов... 

Петр ШЕРЕШЕВСКИЙ: Мы называем эту историю приключением одной риторики. Есть у нас такой подзаголовок, который мы в программку наверно вставим. Главное, что меня цепляет в этой пьесе – это то, с какой легкостью и отдельный человек и общество целиком меняет риторику на прямо противоположную не замечая швов. Мы верили в одно, потом постепенно жизнь меняется так, что мы начинаем верить в противоположное. И наша риторика меняется. И мы полны праведного гнева и уверенности в собственной правоте, что ни секунды не кривим душой и с совестью у нас все в порядке. А при этом мы утверждаем прямо противоположные вещи тому, что говорили вчера...